Готовится захват России. Почему власть начала борьбу с мигрантскими анклавами
Ещё лет 10-20 назад, глядя на бесчинства мигрантов во Франции, у нас говорили, что в России такое невозможно: поскольку во Франции существуют мигрантские анклавы, а у нас их нет. С тех пор таких анклавов и в России появилось немало, а на днях министр внутренних дел Владимир Колокольцев объявил, что разработаны рекомендации для глав регионов по "разобщению анклавов мигрантов". Что это за рекомендации – пока тайна. Но раз они появились, значит, ситуация с ними действительно сложилась очень тревожная.
Царьград обратился к известному борцу с незаконной миграцией, учёному и общественному деятелю Михаилу Матвееву. Может быть, он в курсе, в чём суть рекомендаций МВД? Оказалось, что тоже нет. Матвеев – автор законопроекта о противодействии появлению анклавов, внесённого в Госдуму в начале этого года и ею пока ещё не рассмотренного.
Он напомнил, что "борьбу с анклавами" впервые заложили в концепцию миграционной политики России в мае 2024 года (то есть вскоре после массового расстрела людей в "Крокус-сити"). И предположил, что, исходя из этого документа, речь в рекомендациях МВД прежде всего пойдёт о постановке представителей определённых национальностей на миграционный учёт.
Сам же Матвеев в разработанном им законопроекте предлагает наделить глав муниципалитетов правом запрещать на их территории мигрантам покупать или арендовать жильё.
Жильё в формировании анклавов – момент ключевой. Наш собеседник объяснил почему.
Как мигранты создают анклавы
Технология эта уже обкатана, и не только в России. Начинается всё, как правило, с территорий, прилегающих к рынкам, овощебазам, новостройкам и другим зонам концентрации мигрантов. Прежде всего именно там идёт "зачистка" местных жителей чужаками.
Сначала в доме или районе мигрантами скупается или арендуется определённый процент квартир, а потом их родственники и знакомые начинают снимать и покупать жильё рядом. И постепенно они меняют культурную среду. Процесс поначалу может идти медленно, но после того, как число мигрантов достигает 10%, он ускоряется. Дети мигрантов заполняют детские площадки, бородатые мужчины начинают играть в футбол на спортивных площадках, закрывая доступ туда местным ребятам. Появляется масса этнических забегаловок, начинает повсюду играть этническая музыка, учащаются инциденты с мигрантами-подростками – они всегда ходят группами. Мамочка пришла на детскую площадку – видит там нескольких женщин в никабах и их детей, которые агрессивно себя ведут. И эта мамочка уже боится выпустить своего ребёнка на эту площадку. Школы начинают заполняться детьми мигрантов.
Нечто подобное произошло, например, в подмосковных Котельниках. Там местные жители не могли понять, почему каждый день на детскую площадку выводят энное количество детей мигрантов. А оказывается, для них был устроен нелегальный детский сад. Точно так же создаются медпункты без вывесок, о которых знают только "свои". Оказавшись в этой новой некомфортной среде, местные жители стремятся переехать в другой район, начинают продавать квартиры. В их районе падает стоимость жилья, что способствует ещё более быстрой скупке квартир мигрантами и заполнению ими высвобождаемого пространства.

Зачем им ассимилироваться, если их много? Коллаж Царьграда
Когда число пришлого населения в районе достигает 30%, его уже можно считать анклавом. А 30% активных и сплочённых людей могут легко доминировать над 70% пассивных и законопослушных и со временем полностью их выдавить или подчинить.
С одной стороны, это естественный процесс – свои стремятся жить среди своих, а с другой стороны, он, конечно, управляемый. Особенность мигрантских экономики и общежития заключается в том, что приезжающий в Россию человек не выступает в качестве физического лица во взаимоотношениях с Российским государством. Он приезжает в диаспору – к дяде Мухаджону, и уже тот сводит его с нужными людьми. Диаспора помогает: вот здесь жильё можно снять подешевле, вот здесь на первое время работа у тебя будет, вот этому старшему часть заработанных денег будешь отстёгивать за то, что мы тебе помогаем. У диаспоры есть свои базы данных, и они знают, куда кого подселить и устроить, есть свои решалы вопросов с властями,
– продолжает Михаил Матвеев.
Вообще-то это типичная схема мафии: босс решает проблему человека, и тот становится ему обязан – платит за помощь не только деньгами, но и своей преданностью, если потребуется, выполняет поручения босса.
Это параллельная и довольно жёсткая вертикаль власти с параллельным подоходным налогом, деньги от которого идут не только в карман босса, но и на увеличение влияния группировки.
А по мере роста влияния и численности членов мафии боссы начинают брать в свои руки уже реальную власть.
Дана отмашка идти во власть
Под Петербургом в посёлке Дубровка в 2000-е годы произошёл показательный случай. 17-летняя узбечка с подругой на протяжении 20 минут беспрерывно хохотали в маршрутке. Русский парень сделал им замечание и услышал в ответ: "Мои братья тебя на шаверму порежут". И девушка тут же стала этим братьям звонить. На конечной остановке маршрутку поджидали трое узбеков с бейсбольными битами. Они гнали убегающего парня по его родному посёлку, как зверя, до самого дома.
А на следующий день вызвали на стрелку по телефону, сказав, что, если не придёт, они изнасилуют его девушку, его мать и его самого. На разборку узбеки пришли всё с теми же битами в сопровождении двух самбистов-азербайджанцев. Представители этих двух народов контролировали посёлок, и оказалось, что их дети, засветившиеся в описываемых событиях, учатся на юристов, таможенников, собираются поступать в университет МВД.
Это было время просачивания диаспор в правоохранительные органы. В том числе для того, чтобы иметь информацию о рейдах, облавах и так далее. Потом, по мере увеличения численности диаспор и формирования анклавов, они стали проводить своих людей в муниципальную власть, ну а дальше и в законодательную.
В 2024 году в подмосковном Пушкино на выборах победил глава таджикской диаспоры, член "Единой России" Бахромжон Хасанов. Но через четыре дня подал в отставку – вероятно, из-за скандала с обманом участников СВО.
Баха. Почему вчерашний мигрант стал депутатом, и как он уволился после визита героев СВО
В 2025-м разразился предвыборный скандал в Ивановской области. Глава местной азербайджанской диаспоры, "король ивановской недвижимости" Асиф Мамедов баллотировался в местную думу по списку "Единой России". Притом что действующим депутатом Ивановской гордумы уже являлся его близкий родственник Руслан Мамедов. Асифа вычеркнули из списка после скандала: в Сеть выложили его поздравление Ильхаму Алиеву – президенту "нашей страны".
Действующий депутат Госдумы из Московской области Рахим Азимов (тоже из списка "Единой России") с 2021 года – первый заместитель председателя комитета по безопасности и противодействию коррупции.
"Нас надо опасаться": Топ-15 самых влиятельных таджиков в России
Царьград уже приводил примеры, когда избиркомы регистрировали в качестве кандидатов в депутаты 18-летних мигрантов – учеников колледжей, безработных или тех, кто совершил какие-то нарушения. На что такие люди рассчитывают, идя на выборы? Да только на то, что в избирательном округе живёт достаточное количество их земляков, и они проголосуют за своих, невзирая на их возраст, статус или моральный облик. Так, как скажут боссы землячеств!
Набег на Русский Север. Мигранты идут во власть и побеждают. Что происходит?
Угроза безопасности страны
По словам Михаила Матвеева, мигрантские анклавы существуют уже в каждом регионе страны. Например, на юге, юго-западе и юго-востоке Москвы. В Марьино и Люблино доля мигрантов составляет уже около 20%, а в некоторых классах школ доля их детей – 90%!
В Котельниках мигрантов 22%, причём ими скуплены уже 70% квартир в районе местного рынка. Та же история в Новой Москве. Там концентрация мигрантов высока благодаря близости крупной оптовой базы "Фуд Сити". Кстати, её хозяин Год Нисанов и не скрывает, что является организатором канала их переброски:
Я всегда помогал и помогаю своим землякам из Азербайджана. На моих объектах трудятся тысячи азербайджанцев. Они содержат свои семьи, переводят деньги в Азербайджан. У нас даже открыта специальная служба помощи мигрантам. Наши юристы помогают азербайджанцам получать вид на жительство, оформить документы.

"Садовод" и "Фуд-сити" – анклавообразующие предприятия Москвы. Коллаж Царьграда
Политик и общественный деятель Роман Юнеман в эфире Царьграда назвал ещё один формирующийся анклав – Люберцы-Некрасовка.
В Обнинске Калужской области – 28% мигрантов, а в школах там почти половина учеников – дети приезжих.
В Шушарах под Петербургом доля мигрантов – 14%.
Особенно настораживает появление анклавов из жителей тёплых стран в холодных регионах России – в Сибири и на Дальнем Востоке, но обязательно рядом с месторождениями энергоресурсов, нефте- и газопроводами. Высокую концентрацию мигрантов в таких регионах можно, конечно, объяснить высоким уровнем зарплат. А можно и планами будущего захвата России, который логично начать как раз с захвата ключевых стратегических объектов на сравнительно труднодоступных территориях. Это создаст большие проблемы для российских властей в наведении порядка.
Сенатор от Хабаровского края Сергей Безденежных рассказывал:
У нас есть город на Дальнем Востоке, население 195 тысяч человек. На пятничный намаз в нём собирается 10 тысяч человек. Это всё молодые люди, без учёта их жён и детей. При этом весь состав ОВД региона насчитывает 8000 человек. Как при таком раскладе будет обеспечиваться безопасность?
Борьбе с анклавами надо учиться у таджиков
Как показывает практика последнего времени, процесс появления анклавов в России идёт очень быстро – за 10-15 лет. А ещё через 15 лет, по прогнозу Романа Юнемана, при нынешней динамике эти анклавы превратятся в аналоги района Ринкебю в Стокгольме, где живёт уже 95% мигрантов и куда полиция боится соваться.
Чёрная чума: как мигранты убивают Швецию
Причём, по словам Михаила Матвеева, в крупных городах экспансия ещё не так заметна, а вот если мигранты появляются в каком-нибудь населённом пункте в сельской местности, там всё происходит очень быстро.
Как остановить этот процесс?
Есть разные методики мониторинга анклавов. Один из самых объективных – геолокация мобильных телефонов. Но доступ к ней есть только у силовых структур.
Сейчас для мигрантов в Москве и Московской области введено приложение "Амина", которое отслеживает их перемещения, и видно, когда человек официально имеет место жительства в одном регионе, но работает и ночует в другом. Такие приложения позволяют определять концентрацию мигрантов и предотвращать появление анклавов путем запретов на прописку, аренду и покупку жилья в определённых районах. Такая практика существуют давно – например, иностранцам запрещено жить рядом с военными объектами или в закрытых городках.
Но для борьбы с анклавами есть и серьёзные помехи.
Во-первых, деньги. По словам министра внутренних дел Колокольцева, их не хватает ни на то, чтобы поставить надёжный заслон на границе – проверять и фиксировать всех въезжающих с помощью соответствующего современного оборудования, ни на выдворение нарушителей из-за недостаточного количества пунктов содержания задержанных мигрантов:
Мы можем и в 10 раз больше их выдворять, но для этого нужны и соответствующие средства…
Во-вторых, масштабы работы огромны, и много времени было упущено.
Возьмём Таджикистан. Половина ВВП страны состоит из переводов из России. И почти треть Таджикистана уже живёт в России. Миллион таджиков уже получили российские паспорта и ещё по крайней мере два миллиона находятся здесь на заработках в виде мигрантов,
– говорит Михаил Матвеев.
Очень непросто отслеживать местонахождение такой армии.

В России живёт почти треть Таджикистана. Коллаж Царьграда
А в-третьих, и в главных, что делать с уже существующими анклавами? Ведь с юридической точки зрения, огромная часть приезжих, оккупировавших те же Котельники, – это уже не иностранцы, а люди с российским гражданством. Хотя понятно, что всё это – одна и та же диаспора.
Анклавы — под контроль. Привёз семью — плати больше. В МВД озвучили изменения для мигрантов
Одно дело не позволять селиться в анклавах новым мигрантам, а другое – уже заселившихся проредить и ликвидировать анклавы как таковые. Реально ли это вообще?
На мой взгляд это требует кардинального политического решения на самом высоком уровне, которое пока не просматривается. Можно бороться только с увеличением уже существующих анклавов и образованием новых через технологию отказа в регистрации, приобретения жилья, приёма детей в школы и так далее. Но тогда государство должно взять на себя функцию распределения этих людей, если уже их в страну запустило. Государство должно говорить: "Вот здесь есть пять квартир – туда езжайте". Должна прямо математическая модель работать. Естественно, никто этим заниматься не будет. Поэтому вместо одних анклавов начнут складываться другие,
– полагает Михаил Матвеев.
На его взгляд, начинать борьбу с уже сложившимися анклавами надо с инвентаризации паспортов у миллионов новых россиян. И аннулирования незаконно выданных с последующей депортацией их владельцев. Хотя, конечно же, лоббисты ввоза мигрантов сразу же поднимут крик о нарушении прав человека.
Но всё равно при очень большом желании проблему можно решить – на примере стран, из которых к нам сегодня едут те, кто и создаёт анклавы.
У Средней Азии – того же Таджикистана – богатый опыт избавления от русского населения. Когда-то при Советском Союзе там жило 500 тысяч русских, а сейчас осталось 32 тысячи. Как так получилось, что все поуезжали и квартиры свои побросали? Наверное, этот таджикский опыт "борьбы с анклавами" тоже можно взять на вооружение,
– говорит Михаил Матвеев.