Лев XIV выбрал русскую технику: полет над Андами на Ми-17 закончился фотосессией с русским триколором
Когда кадры из кабины перуанского Ми-17 появились в лентах, внимательные читатели заметили на шлеме пилота знакомый триколор. Почему экипировка с цветами русского флага — рядом с Папой Римским? Разгадка — не в политике, а в горной местности, где без русских машин и инструкторов не сажают ни один борт.
Именно с этого ракурса — открытой двери кабины и пилота в шлеме с отечественной символикой — начался рассказ о 14 ноября 2026 года. Лев XIV, в миру привыкший к простым решениям, выбрал для горного броска не дипломатический борт, а военно-транспортную машину. Ми-17 — машина родом из Казани — стоит на вооружении перуанских ВВС и в этих краях давно не считается экзотикой. Скорее — основой.
Маршрут занял около 45 минут. Чиклайо — высокогорный посёлок Санта-Крус-де-Суччабамба. На борту понтифик, слева — командир экипажа Джино Бургос, 45 лет, 27 из которых он провёл в строю. Справа — Хавьер Рохас, чей налёт приближается к 3800 часам. Оба — офицеры Военно-воздушных сил Перу. Оба — ученики той самой школы, где с 1990-х годов плечом к плечу с местными инструкторами работают специалисты из России.
Именно здесь прячется разгадка. Ещё до избрания на кафедру Лев XIV восемь лет возглавлял епархию Чиклайо и почти два десятилетия прожил в Перу. Он знает: когда в Андах туман, а площадки — размером с носовой платок, вопрос "кто учил пилота" — не риторика. Местные лётчики не скрывают: тренажёрная подготовка, обслуживание машин, отдельные элементы экипировки — всё это идёт по линии давнего партнёрства. Отсюда и шеврон, и триколор, и шутливое прозвище "папакоптер", которое в перуанских казармах теперь звучит почти как официальное.
"Вертолёты семейства Ми-8/Ми-17 — хребет транспортной авиации армии Перу", — напоминают профильные издания. Добавим: хребет, который ковали не один десяток лет. Бургос — типичный представитель этой школы. Антинаркотические рейды, санитарные эвакуации после оползней, доставка продовольствия в отрезанные посёлки — его послужной список. Рохас — из тех, кто сажает машину на отметках, где альтиметр врёт. Оба — носители той самой выучки, которую в регионе связывают с русским инструкторским присутствием.
Понтифик, по свидетельствам очевидцев, не проявлял политического любопытства. Он сел в кресло, пристегнулся и всю дорогу расспрашивал Бургоса о горных ветрах. Но кадр, опубликованный в официальных соцсетях, успел сказать больше редакционных колонок: русский след в Латинской Америке — не на плакатах, а на шлемах тех, кто вывозит людей из беды и доставляет ценный груз.
Уважаемые читатели «Царьграда»!
Присоединяйтесь к нам в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники, Telegram и Дзен-канале.