Тульский «Чиж»: как советский мини-фургон опередил время, но так и не доехал до конвейера
В начале 1970-х годов СССР нуждался в крошечном грузовичке для доставки товаров по узким дворам и переулкам. Тульские инженеры создали такую машину — фургон ТГК-250 «Чиж». Она получилась удивительно современной по технике, но так и осталась в единственном образце. Рассказываем почему так вышло.
В 70-е годы заводам, хлебокомбинатам, магазинам и ремонтным мастерским требовалась компактная малолитражка с отличной манёвренностью. Тульский машиностроительный завод, уже известный по моделям «Муравей» и «Тула», решил действовать хитро. Конструкторы предложили оформить новинку юридически не как автомобиль, а как мотоколяску. Такой трюк позволял обойти десятки жёстких государственных стандартов безопасности.
Так на свет появился «Чиж» — фургончик длиной всего 3,2 метра. При таких крошечных габаритах он умудрялся вмещать до 500 килограммов груза в кузове объёмом почти три кубометра. Радиус разворота составлял всего 3,9 метра. Машиной можно было развернуться в любом тупике. Двигатель взяли от серийного мотороллера «Дельфин» — 18-сильный одноцилиндровый мотор установили справа от водителя.
Самое удивительное скрывалось под днищем. Тульские специалисты применили реечное рулевое управление и переднюю подвеску типа «МакФерсон». Для начала 1970-х годов такие детали считались уделом дорогих иностранных машин. На советских легковых автомобилях их тогда почти не встречалось. «Чижика-Пыжика», как его ласково называли на заводе, по технической начинке можно было смело ставить в один ряд с передовыми зарубежными аналогами.
Однако испытания выявили серьёзный недостаток. Чтобы вписаться в класс мотоколясок, инженерам пришлось пожертвовать шириной задних шин. Они сделали их необычно узкими — всего 400 миллиметров. Технический регламент это разрешал. Но на дороге при резких поворотах фургон начинал сильно крениться и терял устойчивость. Испытатели зафиксировали реальный риск опрокидывания.
Парадокс в том, что проблема решалась легко. Достаточно было установить на «Чижа» обычные задние колёса нормальной ширины — и устойчивость приходила в норму. Но тогда машина автоматически переставала быть мотоколяской по документам. Она переходила в полноценный автомобильный класс, где действовали совершенно другие нормы безопасности. Пришлось бы перекраивать всю конструкцию, ставить новые тормоза, менять светотехнику, проводить краш-тесты. Завод, для которого мотоциклетная тематика была побочной, от такого отказался.
В итоге перспективный «Чиж» так и не попал на конвейер. Он остался в единственном опытном экземпляре. Сегодня о нём вспоминают как о символе нераскрытого потенциала советской инженерной школы. Талантливая конструкторская мысль разбилась не о техническую сложность, а о бюрократические границы бумажного классификатора, пишет издание 110км.
Уважаемые читатели «Царьграда»!
Присоединяйтесь к нам в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники, Telegram и Дзен-канале.
