"Нас спасли корейцы. Люди умирали от страха": Медсестра из Суджи выжила в оккупации. А бесстрашный глава района погиб после освобождения
7 августа медсестра хирургического отделения Суджанской районной больницы Светлана Козлова вышла на смену. Над родным селом рвались снаряды, но в больнице были пациенты. Как они? С трудом дозвонилась на работу: выходить или нет? Внятного ответа не получила. И поехала на дежурство… О той, которая смерти смотрела в лицо, — в материале Царьграда.
Больница встретила тишиной. Окна выбило взрывами, над процедурным кабинетом в провал виднелось выгоревшее августовское небо.
Всех эвакуировали, кроме двух ходячих женщин и одной носилочной. Оставались завхоз и сантехник — они думали, что через дня три наши выбьют противника,
— вспоминает Светлана.
Вечером русские военные вывезли всех в здание районной администрации. Там было около 50 человек: старики, дети, женщины. Кого-то наши всё же вывезли в Большесолдатское. А потом уже невозможно было уехать из-за обстрелов. До Светланы очередь не дошла.
"У них были данные на всю округу": Семья выдержала 7 месяцев в оккупации ВСУ. Но наши чиновники оказались страшнее
Люди в подвале кричали, плакали. Еды не хватало: оккупанты приносили совсем мало еды и воды. Медсестра, как могла, успокаивала товарищей по несчастью. Даже лечила, перевязывала.
Мирная жизнь казалась Светлане далёким сном. Фото: "Одноклассники"
Животных жаль, как людей
Светлана признаётся, что первые страшные дни слились в одно серое пятно. Решила она выбираться домой. Сидевшие в подвале тоже покинули укрытие.
Шла к себе, а оказалась у линии боя. Меня собаки чуть не разорвали. Отбил пёс, который за мной увязался. Страшно: брошенные домашние животные, голодные-холодные, смотрят по-человечески. А ты им помочь не можешь.
На простреливаемой территории медсестра заметалась, влетела в отворённую калитку. Оказалось, это дом её знакомых, они смогли эвакуироваться.
Спасибо, Николай и Оля, ваш дом стал моим спасением. Жила я в нём до начала ноября. Вещей не трогала. Из кирпичей сложила маленькую печку. Заливала гречку водой, она разбухала. Спасибо за запасы воды. У них ещё кот был красивый. Я ему дала слово, что спасу, но он потерялся, — плачет медсестра.
Светлана отдала медицине 40 лет. Скрин: видео kursk-izvestia.
Угрожал, поигрывая ножом
Как-то в дом пришли солдаты ВСУ: "Здравствуйте, пани. Я — зек, украинец. Мы сбили замки с гаража, бензин забираем". Достаёт нож огромный, поигрывает. Светлана попросила нож опустить.
Начал рассказывать, какая Москва нехорошая, всегда нападала. Но я сказала, что историю пишет победитель. Вечером солдат привёл сослуживца. Он был очень злой. Запугивал: "Мы здесь надолго. Кто будет сопротивляться, не пощадим". Я говорю: "Это уж как Бог даст".
Минус 30 кг
Из-за стрессов и страха у людей обострялись старые болезни, было много с осколочными ранениями. Лекарства находили в домах, в разбитых аптечных пунктах. На перевязочный материал рвали постельное бельё, скатывали ленты, стерилизовали скатку в чистой кастрюле.
Как-то три часа Светлана вытаскивала из ран осколки дрона у одной пострадавшей от БПЛА:
Раны узкие, глубокие. Осколок прошивает одежду, и в ране остаются волокна тканей. Их пинцетом вытаскивала.
Журналистам "Курских известий" медик рассказала, что приходилось и провожать в последний путь. Люди просто умирали от страха. 30-летняя женщина не проснулась утром. Муж похоронил её на огороде.
За время оккупации медсестра похудела на 30 кг. Когда бегала на перевязки под обстрелами, не пригибалась. Молила Бога: если попадёт, пусть уж сразу пришибёт, потому что помогать ей некому.
Перед отступлением ВСУ пронеслись страшные вести о расправах с мирными жителями. Умирать не хотелось, все понимали, что наши близко. Фронт гремел совсем рядом.
11 февраля увидела Светлана на улице солдат с красными повязками на рукавах и касках. Наши?!
Бегу, кричу: "Ребята, ребята!". Ноль реакции. В чём дело-то? Может, это наёмники украинские? Повернула к дому. Опять военные. Похожи на бурятов. Я к ним, на шею вешаться. Они говорят: "Рус?". Кричу: "Русская!".Они машут в сторону: "Иди!".
Светлана угощала корейцев картошкой. Скрин с видео: "Смотрим"
Соседка объяснила, что военные не буряты, а корейцы. Они пришли к ним в разбитый дом. Светлана угостила их картошкой с яичницей, компота в банках с собой дала.
Они потом во дворе стояли. Общались через переводчика в телефоне. Прелесть эти ребятки.
Подлечила медсестра раненого военнослужащего из Дагестана с травмой колена. 17 марта он велел им уходить. Сперва Козлова упиралась, но он сказал, что из-за таких упрямых гибнут солдаты. Вместе дошли до штаба наших военных. Бойца передали медикам и пошли на пункт сбора.
Надежда жителей Суджи
Русское приграничье рвут обстрелами. Гибнут люди. Только за сутки от прямого попадания в дом погибла заведующая ДК села Званное Любовь Руденко. Вражеский дрон уничтожил легковой автомобиль бесстрашного главы Гончаровского сельсовета Александра Гаркавенко. Он погиб вместе с товарищем.
Александра Гаркавенко любил народ. Скрин страницы Валерия Моисеева/vk.com
О Гаркавенко страна узнала из аудиозаписи его разговора с чиновником, в которой он рубил правду-матку о проблемах с обороной и о том, что никто не хотел объявить эвакуацию в первые двое суток агрессии ВСУ.
Местные отзываются о Гаркавенко как о честном человеке, который всегда помогал людям. Теперь односельчане помогают осиротевшей семье молодого ещё мужчины.
Светлана Козлова мечтает вернуться в родной дом. Говорит, такой красоты как в её местах нигде нет. Одна речка чего стоит. Но село разбито.
Река Псел у деревни Плёхово. Фото: Светланы Козловой/ok.ru
Надеются жители разоренных районов на корейских братьев. Ким Чен Ын направляет в Курскую область шесть тысяч человек. Тысяча из них — сапёры, остальные — строители.
Нашим ребятам помогать нужно: земля взрывчаткой нашпигована, дома разбиты в камни. Скорее бы домой вернуться, — рассказал Царьграду активист из Суджи Валерий Моисеев.